And Spring herself would scarcely know that we were gone.
Мне нравится называть себя Хельга Шмидт, потому что меня зовут Ольга Ковалёва, а все фамилии, связанные с кузнецами, — одинаковые (а еще я вижу себя очень нордической).
Оказывается, самая известная Хельга Шмидт составила книгу рецептов.
Мне тоже так хочется дать миру что-нибудь полезное или что-нибудь трогательное. Издать где-нибудь в Уральске сборник стихов в мягкой обложке, на которой будут блядские листочки клена. А еще научную статью по распиловке. Надо, чтобы мое имя попробовали на вкус, произнесли дрожащими губами, а потом поцеловали покрытую золотым напылением обложечку. Я хочу, чтобы из моих книжек делали выписки, чтобы на них взращивали детей; а с такой книгой рецептов мне очень повезло: всё это уже было, причем буквально! — можно не стараться.
Теперь я могу стать толстой лесбиянкой-активисткой.
Оказывается, самая известная Хельга Шмидт составила книгу рецептов.
Мне тоже так хочется дать миру что-нибудь полезное или что-нибудь трогательное. Издать где-нибудь в Уральске сборник стихов в мягкой обложке, на которой будут блядские листочки клена. А еще научную статью по распиловке. Надо, чтобы мое имя попробовали на вкус, произнесли дрожащими губами, а потом поцеловали покрытую золотым напылением обложечку. Я хочу, чтобы из моих книжек делали выписки, чтобы на них взращивали детей; а с такой книгой рецептов мне очень повезло: всё это уже было, причем буквально! — можно не стараться.
Теперь я могу стать толстой лесбиянкой-активисткой.
дэка